Всякое деление рыболовного мастерства на составляющие — довольно условно. И четко определить, где заканчивается вклад «физической подготовки/работоспособности» и «снаряжения/оснащенности», а где начинается «техника ловли», «тактика» или иные производные от интеллекта и мышления — даже в идеально смоделированных условиях не всегда легко, а то и просто неосуществимо.

Из чего складывается мастерство рыболова-мормышечника

Тем не менее, пусть и приблизительно, но разбить факторы, которые зависят от рыболова и влияют на его улов, на составляющие возможно. И многие рыболовы-любители и рыболовы-спортсмены часто сознательно или неосознанно приписывают тот или иной вклад в свой успех или провал на рыбалке каким-то зависящим именно от них самих причинам. Тех, у кого на каждый результат бывает лишь одно из двух объяснений, «клевало» или «не клевало», я оставлю за рамками данных размышлений. Вывести вклад в улов каждой составляющей в долях или процентах вряд ли возможно, но оценить влияние эпитетами «очень сильно», «слабо» или «незначительно» нам вполне по силам.

Составляющие мастерства мормышечника. Снасть

Снасть — это один из главных пунктов в перечне причин неудач или успехов у множества рыболовов-любителей. Причем чуть ли не основным элементом снасти, которому приписывается большая часть вклада в результат рыбалки, является приманка. Иные рыболовы буквально боготворят какие-то из своих мормышек и воспринимают использование тех или иных из них чуть ли не как панацею от плохого клева.

Некоторые, наоборот, не особенно и обращают внимание на то, что рыба, в конечном счете, должна схватить и на чем она надежно придет в руки рыбака после вываживания. А между тем приманка без лески не сможет ловить рыбу в принципе, а без оптимально подобранного диаметра этой лески — ловить эффективно. Плохо подобранный кивок просто лишит возможности хорошо контролировать приманку и управлять ею во всём диапазоне востребованных условий. Даже конструкция и настройка удильника может напрямую сказаться на улове.

Удильник. Казалось бы, хорошо, когда удильник красивый и абстрактно «идеальный» (по мнению рыболова). Но некоторые его качества и их отсутствие способны существенно отразиться на эффективности процесса ловли и повлиять на успешность рыбалки.

Допустим, сильно промерзающий на морозе корпус будет быстро выхолаживать ладони. Вроде бы мелочь, но итогом станет либо частое перехватывание и перекладывание удильника в руке с целью сберечь остатки тепла и предотвратить обморожение, либо периодические паузы на отогревание околевших пальцев. В ситуации, когда катушка удильника открыта, а не прикрыта корпусом, снег и вода могут смерзнуться так, что будут препятствовать свободному стравливанию лески при вращении.

Это означает угрозу обрыва при очередном разматывании лески при ловле на большей глубине или стравливании при вываживании активно рвущейся на свободу добычи. Есть еще ряд вроде бы мелких, но весьма влияющих на удобство и надежность использования снасти качеств удильника: форма и характер поверхности, надежность и точность работы деталей, масса и размер.

Вот была у меня как-то попытка перейти от уже имеющихся в арсенале удильников на новый. Вроде бы и катушка вращается вполне качественно, и материал хлыста получше многих, да и стоил он сущие копейки. Но вот беда — посадочное место под хлыст в корпусе удильника сильно не подходит форме части хлыста, закрепляемой в удильнике. Причем, не имея дело с подобным ранее, предугадать проблемы вряд ли было возможно.

А дело в том, что посадочное место в корпусе имело конусность. Только вот штатный хлыст имел в месте крепления цилиндрическую форму. При сборке кажется, что затолкаешь потуже — и нормально. Но поскольку я проводку делаю, стуча хлыстом между пальцами, то возникающая мелкая вибрация хлыстик раскачивает — и тот довольно скоро и неожиданно вываливается. И самое неприятное, что чаще всего вываливался в момент подсечки. А это дополнительные сбои в ловле, риски схода рыбы или даже обрыва, да и просто нервотрепка. И исправить недостаток не так просто, как кажется, если не вклеивать хлыст намертво, лишаясь возможности простой и легкой его замены.

Или вот история с тем же изделием, но уже с фиксирующим катушку винтом. Его наружная резьба была совсем чуть-чуть меньших, чем требовалось, размеров, и потому при вращении катушки в одну сторону винт от касания о бортик катушки норовил затянуться, а при вращении в обратную сторону — раскрутиться и вывалиться. Последнее происходило при сматывании лески, и потому вдвойне неприятно и опасно — шпуля вываливалась из гнезда на лед и с неё распускалась леска. Эмоции и потеря времени в такой ситуации очевидны. Как и попадание снега и воды внутрь корпуса с перспективой дальнейшего замерзания с соответствующими последствиями.

Подобных мелочей можно встретить множество и все их перечислять нет никакого смысла. В целом же получается, что в рабочем состоянии удильник является тем элементом, через который рыболов воздействует на всю снасть так, как того требуют обстоятельства. А значит, удильник является эдаким посредником, который либо идеально оказывает «посреднические услуги» и оставляет радость в душе от общения с ним, либо более-менее приемлемо, либо откровенно никудышно и явно требует себе замены. При этом я бы отметил важный момент: с точки зрения достижения сухого результата удильники, получающие от нас первые две оценки, могут почти не различаться, а вот последний с «неудом» станет очень заметно влиять на улов негативно.

Поэтому в реальности тот элемент снасти, который непосредственно контактирует с рыболовом, должен быть, как минимум, удобен и функционален в рамках имеющихся у конкретного человека требований. В мормышке — это удильник, и от работы им существенно зависит то, получим ли мы долгожданную поклевку или сдадимся раньше, чем поклевка могла бы случиться.

Из чего складывается мастерство рыболова-мормышечника

Кивок. Эта часть мормышечной снасти меньше размером — значит, и важные нюансы да детали, влияющие на его эффективность, тоже мельче и на первый взгляд незаметнее. Но эта незаметность в качестве следствия требует и более тонкой настройки или контроля. Яркий пример: удобство или неудобство пользования чужими снастями с настроенными по-иному кивками. В моей практике был однажды очень наглядный случай, когда наша команда выиграла Кубок Аквадрома на Гребном канале Москвы и мы решили перед награждением в спокойной обстановке немного пофотографироваться у лунки со снастями в руках и пойманной рыбой. А поскольку мои снасти были ближе всего, то для поимки необходимых для позирования рыбешек взяли их. И оказалось, что те кивки, которыми я пользуюсь, не удобны сокомандникам настолько, что при высокой концентрации рыбы подо льдом некоторые далеко не сразу смогли поймать окунька для позирования — поклевки есть, а рыбу не вытащить!

В моем понимании, кивок в мормышечном оснащении является самой индивидуальной частью, и его правильная настройка очень серьезно определяет индивидуальные особенности управления тончайшей снастью.

Леска. Этот элемент выполняет сугубо утилитарную функцию — передачу движений рыболова через удильник с кивком мормышке, трансляцию происходящего с мормышкой через кивок глазам и мозгу рыболова и контроль рыбы при вынимании на лед после подсечки. Соответственно, выбор диаметра лески — это поиск компромисса между управляемостью и информативностью в простых или сложных условиях с одной стороны и надежностью и долговечностью — с другой.

Мормышка. Если отбросить связанные с действиями рыболова особенности, то мормышка является ключевым элементом снасти, от которого зависит, проявит ли рыба себя поклевкой или проигнорирует усилия рыболова, а то и вовсе сможет ли рыболов обловить именно тот горизонт, в котором возможна поклевка рыбы, если речь идет о сложных и специфичных условиях. Взял рыболов с собой тяжелые мормышки на водоем с значительным течением — сможет облавливать струю, а не взял — будет выбирать не перспективное место, а то, где он сможет опустить под лед имеющиеся оснастки.

Из чего складывается мастерство рыболова-мормышечника

Есть у рыболова с собой самые мелкие мормышки — сможет вымучивать капризные поклевки пассивной рыбы, а нет — будет бегать у рыбы по головам и представлять себе подо льдом безжизненную пустыню. Понятно, что можно разбирать мормышку во всё более мелких деталях — размеры крючков, форма, цвет и т. п. Но главное — набор мормышек, привязанных на снастях, или хотя бы отдельно в коробочке должен перекрывать диапазон реально и потенциально востребованных. Тогда у рыболова появится возможность поймать рыбу. А если необходимых мормышек не окажется, шансы на успех будут крайне малы.

Правда, по собственному опыту могу сказать, что в тех условиях, где раньше я вполне безбедно обходился десятком-полутора удильников, сейчас зачастую и с тремя десятками чувствую себя не очень уверенно, терзаясь мыслью, а хватит ли, а не забыл ли я какие-то важные снасти. И при этом сложно сказать однозначно, насколько существенно различаются итоговые результаты без учета субъективных факторов. Разница скорее в удобстве, желании предусмотреть даже крайне маловероятные ситуации, да в перестраховке на всякий пожарный случай — так спокойнее, ну и славно.

Вывод. Снасти своей отточенностью и гармоничностью в некотором смысле являются «пропуском» на успешную рыбалку, а потому к ним нужно относиться с позиций максимализма, пусть и применительно к собственным требованиям и возможностям. Снасть — это то, что дает возможность поймать рыбу в той или иной ситуации в том месте, где и мы и рыба находимся в одно и то же время. А вот сможем ли мы её вовремя и правильно применить — зависит от того, как мы этой снастью можем пользоваться, от нашей техники, наших мышц и наших мозгов.

Составляющие мастерства мормышечника. Вспомогательное снаряжение и обмундирование

Как и снасти, эта составляющая обеспечивает нам возможность или создает оптимальные условия для того, чтобы мы смогли поймать рыбу. Или же затрудняет её поимку, а то и делает её в какой-то степени невозможной. Один из крайних случаев: недостаточно теплая одежда или, тем более, неподходящая обувь в какой-то момент доведут нас до состояния почти полного или полного равнодушия к улову — все мысли будут уже о том, чтобы не обморозиться и не заболеть. Но и просто неудобная, хоть и теплая одежда в состоянии помотать нервы постоянно мешающими или раздражающими мелочами: болтающимися завязками, цепляющимися за леску и всё вокруг липучками и застежками, сваливающимися под курткой лямками штанов…

Другая часть снаряжения, напрямую задействованная в «почти ловле рыбы», гораздо менее опосредованно влияет на улов — это все приспособы, обеспечивающие саму возможность успешной и эффективной деятельности по поиску и привлечению рыбы к месту ловли, а также по организации рабочего пространства и рабочего процесса.

Вопрос: а так ли уж это важно? Многие рыболовы-любители, да и рыболовы-спортсмены, даже изрядно обросшие со временем всякими вспомогательными приспособами и шалабушками, могут припомнить, как когда-то раньше вполне достойно ловили и без множества того, без чего нынче на лед ни ногой. Но если начинать разбираться и вспоминать подробности всей давнишней практики, а не только успешные примеры, то можно припомнить, как в тот или иной момент чего-то недоставало, а что-то в имеющемся исполнении мешало или было неудобным.

Из чего складывается мастерство рыболова-мормышечника

Яркий пример: коробки для насадки. Почти все начинающие рыболовы не сильно ломают голову над этим вопросом: более-менее подходящая коробка с мотылем в кармане — и вперед, на лед. А на льду начинается целая эпопея: в наружном кармане мотыль в абы какой коробке начинает замерзать, и хорошо, если это обнаруживается вовремя. Перепрятывание коробки во внутренний карман решает проблему мороза, но удлиняет суету и копошение при смене насадки — слишком много совершенно неинтересных движений и потери времени.

При созерцательной рыбалке в ожидании одной-двух заветных поклевок это еще терпимо, но если активно ловится многочисленная рыба, то возня с доставанием и убиранием насадки за пазуху скоро начнет раздражать. Представьте, сколько раз пришлось бы лазить за пазуху на морозе, когда ловится в темпе рыбка-две в минуту.

Впрочем, «запазушник» вряд ли может это оценить, т.к. в таком темпе ему долго ловить будет затруднительно, а то и невозможно именно из-за пустой траты значительного времени. А если рыболов захочет избавиться от совершенно необязательных телодвижений, то либо своим умом дойдет, либо просто воспользуется уже давно найденным решением — коробкой, размещаемой во время ловли на бедре. Таких повышающих удобство и эффективность ловли за счет экономии времени и сил мелочей в снаряжении много: контейнер для удильников, контейнер под рыбу, экстрактор.

Отдельно надо упомянуть такие важные элементы, как кормушки и контейнеры для хранения прикормки и прикормочного мотыля. Они напрямую вроде бы не влияют на удобство рыбалки и на взгляд новичка могут не влиять на временные затраты. И будут в значительной степени правы. Но то, что связано с состоянием прикормки и возможностью её применить наиболее эффективным способом, прямо определяет, количество рыбы, которое рыболов сможет собрать под своей лункой. Сыпанет на глазок с руки прямо в лунку — и на течении всё унесет.

Из чего складывается мастерство рыболова-мормышечника

А на глубине часть прикормки надолго зависнет в толще воды или останется в стволе лунки, никак не помогая привлечь и удержать рыбу, стоящую у дна. Опустит под лед более крупную кормушку — и распугает надолго рыбу. А подошедшая много позже пережрет мотыля — и станет совсем пассивной. Всё это — влияние снаряжения на улов. И всего этого можно избежать, если иметь в арсенале подходящие под условия рыбалки и выбранную схему действий приспособы и правильно их использовать. А вот что именно и как можно и нужно использовать, будет определять всё то же мышление рыболова и точность реализации принимаемых им решений.

Лично я начинал свою мормышечную и чуть позже спортивную карьеру с бобины из-под лески, на которую была намотана толстая капроновая нитка с метровыми узелками. И к этому «глубиномеру» крепился свернутый из меди конус толщиной 0,2 мм с практически не закрывающимся из-за несовершенства застежки днищем. Со временем рабочий комплект кормушек «на все случаи жизни» составил 5 — 7 штук, не считая запасных. С этим уже получалось ловить в самых неожиданных и неудобных условиях, в которые иногда доводилось попадать на соревнованиях. Иногда именно наличие или отсутствие кормушки подходящего размера существенно расширяет или сужает возможности, и часто именно после неудачного или успешного опыта вносятся изменения в комплект своего снаряжения.

По сути, всё снаряжение и оборудование у нас нацелено на выполнение вспомогательной роли на рыбалке: помочь легче и быстрее обнаружить или собрать рыбу, либо получить информацию, на основании которой мы сможем обнаружить и собрать рыбу. И при этом снаряжение должно позволить нам в комфортных (или хотя бы приемлемых) условиях воспользоваться снастями и проявить свои технические навыки с самой лучшей стороны.

То есть, то или иное снаряжение опять же является очередным «пропуском», в мир более широких возможностей, более интересной и результативной ловли и более активного клева. А отсутствие того или иного элемента снаряжения может сделать ловлю менее удобной и более хлопотной или же даже почти невозможной в каких-то условиях, совершенно не сказываясь в других.

Насадка, прикормка

Насадка, прикормка и по субъективным, и по объективным причинам заслуживают самого пристального внимания и обсуждения, хотя в целом их можно отнести всё к тому же самому снаряжению. И то и другое можно рассматривать и в рамках снаряжения, но уж больно специфичные и сложные это факторы, которые иногда способны кардинально перевернуть рыбалку, а иногда вообще мало что значат. И порой весьма непросто отделить объективный их вклад в улов от субъективного восприятия тем или иным человеком.

Тем не менее, до сих пор в чартах наиболее задаваемых вопрос «на что ловил?» является безоговорочным лидером, но в кругу более квалифицированных рыболовов вопрос «чем кормил?» встречается всё чаще. На мой взгляд, применительно к мормышечной ловле и тот и другой вопрос хоть и имеют право на жизнь, но всё-таки далеко не так важны, как на летней рыбалке. Правда, как всегда, с рядом оговорок и ограничений.

Насадка. Применительно к насадке существенное обстоятельство, которое следует учитывать, это почти всеобщее применение мотыля в качестве насадки по причине почти тотальной распространенности мотыля в водоемах, где мы ловим со льда. Отсюда простой практический вывод: чаще всего рыба, которая принципиально может заинтересоваться насадкой на крючке нашей мормышки, отнесется к мотылю более или менее благосклонно.

Конечно же, всегда можно найти какие-то исключения и редкие случаи, вроде бы опровергающие данный тезис, если не брать во внимание обширную статистику. Да, какие-то насадки могут оказаться чуть лучше или чуть хуже. Но мой выбор той или иной насадки чаще всего определяется больше дополнительными качествами насадки, которые в имеющихся условиях способны сделать ловлю максимально результативной.

Например, выбор между опарышем и мотылем я делаю не на основе предпочтений рыбы. В абсолютном большинстве случаев та рыба, которую мне приходится ловить со льда, предпочитает мотыля. Иногда ей практически не важно, какая из двух насадок на крючке. Но вот с точки зрения долговечности, а значит и экономии времени на замену сбитых поклевкой личинок — опарыш заведомо предпочтительнее. Поэтому выбор сводится к выбору между «теплым» и «тяжелым» — какое из двух различных качеств сейчас более выгодно с точки зрения максимального улова: долговечность и прочность опарыша после множества поклевок или привлекательность мотыля и максимальная гарантия поклевок рыбы при снижении пищевой активности.

Несколько иной выбор между крупным и мелким мотылем. Что результативнее — часто и быстро перенасаживать менее долговечного, более громоздкого, но и удобного крупного — или дольше и реже перенасаживать более трудного мелкого мотыля, дающего больше шансов вымучить капризную объевшуюся мотылем рыбу, а при насаживании плотной кисточкой еще и дольше держится на крючке?

Есть и другие менее распространенные, но всё равно популярные насадки, применяемые в каких-то ситуациях триумфально, а в каких-то — ничем выдающимся себя не проявляющие. И опять же, значительная часть как провалов, так и удач, приписываемых насадке, по моему убеждению, определялись вовсе не ею, а иными факторами. Конечно, это вовсе не значит, что на рыбалку можно ехать с первой попавшейся насадкой и при этом ничуть не терять в улове.

Глупо отправляться за плотвой и лещом с нарезкой из свежей корюшки или с тестом на ловлю окуня. Но чаще всего даже самый неопытный новичок при поездке на конкретную рыбалку вполне в состоянии выяснить тот необходимый и почти всегда достаточный набор насадок, с которым его не будет ждать заведомая неудача. В условиях, в которых приходилось и приходится ловить и соревноваться мне, в такой набор обязательно входит мелкий («речной») мотыль-вертун.

Крупного мотыля я использую гораздо реже и именно по причине большего удобства — когда рыбу стоит ловить более объемной мотыльной насадкой. Иногда бывает востребован и опарыш, идущий в ход ради экономии времени при скоростной ловле. И почти никогда мне не приходится выбирать между этими насадками по критерию «на что в этот раз рыба ловится лучше?», т.к. ответ практически всегда очевиден.

Поэтому я бы отнес вклад насадки в успех или неудачу рыбалки примерно в том же духе, что и вклад снаряжения: есть некий минимальный, востребованный в большинстве типичных ситуациях перечень насадок, которые известны заранее и почти всем, а уже конкретный выбор среди них зачастую определяется второстепенными факторами и вовсе не оказывает чудодейственного влияния на клев. И уж совершенно точно не имеет смысла забивать себе голову поиском заветной таинственной насадки, которая повергнет рыбу в пищевое неистовство и заставит конкурентов изумляться вашим уловам.

Прикормка. Здесь важно оговориться, что речь пойдет о составе прикормки и её правильном приготовлении, но никак не о способах её использования, которые зависят уже от результатов нашего мышления и наличия того или иного снаряжения, используемого для этого, а также от наших действий. Различающийся состав прикормки и особенности её приготовления к использованию, как мне кажется, в одних и тех же условиях способны в очень широком диапазоне изменить результат рыбалки. Даже если мы будем пользоваться одной и той же кормушкой или способом кормления, да еще в одном темпе. Слишком уж этот компонент является многогранным.

Состав может напрямую и кардинально отбить у рыбы интерес к прикормленному месту, если он не вызывает аппетит или даже отпугивает подводных обитателей. А может влиять и опосредованно, через оптимальный режим «работы» прикормки — либо создавая столб или шлейф частиц, облако мути и собирая активную любопытную рыбу, реагирующую на такие свойства пищевых частиц, либо довольно пассивно вылеживаясь на дне вне внимания прожорливой вездесущей мелочи в ожидании подхода солидной рыбы. В общих чертах, кстати, это относится и к применению в качестве прикормки живых компонентов в чистом виде или в смесях друг с другом и с растительной прикормкой.

Из чего складывается мастерство рыболова-мормышечника

Состав прикормок определяет целый спектр качеств смеси после её приготовления — и уже от рыболова зависит, какими из них он будет активно пользоваться, а какими пренебрежет.

Например, зимняя прикормка, которой я пользуюсь на соревнованиях, при классическом увлажнении будет очень липкой, склонной к слипанию. Но она заточена под минимальное увлажнение — и в таком состоянии обладает практически всем необходимым мне в большинстве условий набором свойств, привлекающих рыбу. Более того, она позволяет огромную вариативность использования. Если надо — можно лепить мелкие комки и точечно класть их кормушкой на дно, где они будут разваливаться и создавать при этом столбик всплывающих частиц и расползающееся пятно мути и корма.

Если надо — можно кидать в лунку рыхлые «лохматые» комки, которые будут довольно быстро падать ко дну, на всём протяжении активно рассыпаясь и оставляя хорошо заметный вертикальный столб частиц ото льда до дна. Если надо — можно с помощью кормушки в любом слое воды устроить одномоментный «взрыв» с последующим медленным оседанием одних частиц облака ко дну и всплыванием других к поверхности. А если надо — можно крошечными микродозами непрерывно подбрасывать прикормку в лунку для поддержания суеты активной рыбёхи в толще воды или подтягивания её максимально близко к лунке.

Какой-то иной состав прикормки может при оптимально подобранном под него способе увлажнения получше срабатывать при одних схемах применения и похуже при иных. Но какие-то качества готовой смеси изначально задаются составом и лишь с его изменением могут быть принципиально изменены в случае необходимости. Именно поэтому прикормка в части её конкретного состава и способа её приготовления/увлажнения способна повлиять на результат рыбалки в широчайшем диапазоне. А диапазон это — от почти полного фиаско, если рыбе она не интересна или противна, до типично-среднего улова или же надолго запоминающегося «праздника жизни», когда рыбы собирается столько, что она чуть ли не вырывает мормышку изо рта друг у дружки. Значит, прикормка является потенциально крайне влиятельной составляющей рыболовного мастерства. Разумеется, речь о ситуации, когда она имеется в наличии и используется в условиях, в которых способна повлиять на результат рыбалки.

Техника рыболова

Не надо путать под этим названием сложные технические устройства, которые имеет смысл рассматривать в рамках разговора о снаряжении. Под техникой рыболова подразумевается то, как данный конкретный рыболов выполняет те или иные действия, необходимые и важные для ловли — опускает снасть, вываживает рыбу, надевает насадку на крючок, сверлит, готовит к ловле и прикармливает лунку и т.д. В каких-то ситуациях техника рыболова может почти не повлиять на абсолютный результат, но в иных условиях они же могут кратно улучшить или ухудшить улов.

Взять, к примеру, технику насаживания мотыля на крючок. Вроде бы мелкое и неинтересное умение, но во время скоростной рыбалки, когда улов прямо зависит от скорости всех движений рыболова, каждое перенасаживание может стоить одной, а то и двух непойманных рыбок.

Если рыба на любительской рыбалке в таком режиме ловится весь день или же продолжительное время, то за общим числом поимок да на радостях от хорошего клева потерянное на копошение с насадкой время может даже и не вспомниться. А когда счет идет на минуты, если не секунды, когда рыбу удалось найти лишь под конец рыбалки, смеркается на глазах и вот-вот перестанет клевать? Можно было успеть поймать пару десятков и остаться практически довольным, а получилось лишь 5 — 6 штук — даже толком не понятно, то ли рыбы было много, то ли всего небольшая стайка и попалась? А в условиях, когда ты нашел рыбу и видишь, как к тебе сбегается толпа обезумевших от зависти и жадности «шакалов», норовящих засверлиться под самый ящик и которые неминуемо вскоре распугают рыбу? А в условиях соревнований, когда надо не просто поймать, и поймать больше других, но еще и успеть оторваться от соперников как можно больше и быстрее или же догнать и обогнать, коли представилась возможность?

Во всех этих ситуациях имеющиеся и отработанные почти до идеала навыки скоростной ловли помогут достичь желаемого или хотя бы дадут шанс это сделать.

Приведу один из самых запомнившихся мне случаев, когда выручила на соревнованиях именно техника. На первом этапе Чемпионата мира 2012 года в Казахстане в моей зоне после старта с рыбой была напряжёнка. При этом по тренировкам было ясно, что обнаружение «пятна» рыбы может позволить наловить её ровно столько, сколько позволяет мастерство, т.к. плотва под лункой могла практически не заканчиваться до финиша. Но вот беда — на выбранном стартовом участке она у меня долго не проявляла себя, а попытки поиска «по площадям» не дали вообще никакого результата.

Лишь на втором часу в улове оказались 13 рыбок, что в этот момент было уже недостаточно, т.к. на краю зоны уже довольно долгое время как-то подозрительно суетились конкуренты из Белоруссии, Украины и других стран. Причем, похоже, рыба у них начала клевать заметно раньше и гораздо лучше, чем у меня, и счет уже шел на секунды, а вопрос заключался лишь в размере моего отставания. Когда помогавший мне из-за ленточки Алексей Витязев «навел на цель», и были сделаны где надо лунки, судья сообщил, что осталось до финиша час семнадцать. Опускание снасти — глубина 4 м — и сразу поклевка. После третьей поклевки стало понятно, что есть шансы пободаться, если техника позволит наверстать отставание и вырваться вперед.

Итогом стала поимка за этот период времени 117-ти плотвиц и 600-граммовый отрыв от начавшего доставать рыбу раньше соперника, и это при среднем размере рыбы в 35 г. Такое позволила сделать именно техника скоростной ловли: навык быстро вытаскивать рыбу, быстро менять насадку и быстро опускать снасть в горизонт ловли. Не было бы навыка, нечем было бы гордиться.

А есть еще техника сверления и правильной подготовки лунок к ловле, от которой тоже зависит очень многое, т.к. потом некоторые огрехи исправить сложно, а то и почти невозможно. Есть техника скоростного прикармливания, техника правильного перемещения по льду, которая может повлиять на результат не только на соревнованиях, но даже и на любительской рыбалке, техника работы снастью, техника вываживания рыбы. Вроде бы цель у всех одна, но пытаются достигнуть её зачастую весьма различающимися движениями и с разным успехом.

Так что технические навыки рыболова — это не только механические движения конкретного человека с той или иной результативностью. Порой техника позволяет компенсировать какие-то негативные обстоятельства и факторы, которые на рыбалке не дают добиться хорошего результата, а порой позволяет превратить весьма средненькую рыбалку или соревнования в очень успешные. Хорошая техника — это такой «козырной туз», не всегда нужный, но вовремя и в ключевой момент способный стать главной причиной успеха.

Физическая и физиологическая подготовка рыболова и объем проделанной работы

Сама по себе зимняя мормышка не требует каких-то запредельных физических кондиций рыболова. Даже «задохлик» по меркам большого спорта может и на любительской и на спортивной рыбалке быть суперуспешным спортсменом-рыболовом. Но иногда встречаются ситуации, в которых готовность организма к весьма специфичным и заметным нагрузкам напрямую решает, будет улов стоящим или же никчемным. И если на любительской рыбалке человек может просто махнуть рукой, развернуться и уехать домой, то на соревнованиях приходится отбрасывать «не хочу» и «не могу», а руководствоваться лишь «надо» и «обязан».

Лично мне пару раз довелось вымотаться до изнеможения во время соревнований. Например, на последнем туре отборов к четвертому чемпионату мира, проходивших на Можайском водохранилище. Тогда пришлось соревноваться в крайне неудобном сочетании условий: мелкий сухой снежок, небольшой минус, слой довольно плотного снега по колено и толстенный лед сочетались с очень приличным ветром, обеспечившим сильную поземку. Чтобы досверлиться до воды, приходилось под каждую лунку расчищать значительную воронку в снегу.

Пока расчищаешь воронку и делаешь новую лунку, предыдущую заметает и разравнивает так, что отыскать её даже по мелким следам не всегда удавалось — несколько лунок так и остались потерянными. Перемещение по высокому и довольно плотному снегу было не самым сложным, т.к. он уже немного держал человека, но каждое посещение лунки требовало повторной полной расчистки воронки от снега заново. Зачастую — гораздо большей, т.к. даже найдя примерное место, приходилось чистить площадку, чтобы обнаружить лунку. Да еще так, чтобы потом как можно удобнее разместиться возле неё и хоть чуть-чуть прикрыть от раздражающих завихрений ветра и снежной пыли, облепляющей лицо.

К финишу бедра стали деревянными, хотя объем реально проделанной «рыболовной работы» — сверления, прикармливания и проверки лунок — был вдвое меньше обычного, как и результат. И вот тогда, мне кажется, волей-неволей, но очень многое определялось тем, сможет ли рыболов со старта и до финиша выдерживать нагрузки, позволяющие максимально эффективно выполнять полезную работу с минимальными потерями времени. Мне тогда удалось — именно результат, показанный в последнем туре, помог «запрыгнуть в вагон уходящего поезда» на ЧМ, т.к. прямые конкуренты выступили хуже меня, а мне удалось выдержать нагрузки лучше них, судя по результатам.

Похожая картина и с морозоустойчивостью. Это свойство нашего организма точно так же можно существенно скорректировать с помощью тренировок, как и состояние наших мышц. Многие наверняка замечали, что в начале зимы руки мерзнут гораздо чаще и сильнее, чем к концу сезона. Это как раз прямое следствие тренировок, пусть и не всегда сознательных. Рефлексы, с помощью которых регулируется снабжение кровью и теплом наиболее сильно охлаждающихся поверхностей тела (лица, шеи, конечностей и особенно кистей рук), сводятся к быстрому изменению просвета поверхностных и глубоко расположенных сосудов в соответствии с температурой окружающей среды.

И чем чаще мы оказываемся в условиях, когда эти рефлексы запускаются, тем они быстрее и точнее настраивают наш локальный теплообмен, повышая тем самым «морозоустойчивость». Главное при этих тренировках — не обморозиться от чрезмерного усердия, иначе после восстановления эффект долгое время будет ровно обратный. По собственному опыту могу сказать, что морозостойкость кистей рук, например, заметно повышается уже после нескольких рыбалок в студеных условиях.

На соревнованиях после двух-трех дней тренировок руки даже в начале сезона вполне сносно переносят жесткие условия. В это надо верить и не жалеть себя, если есть желание переносить холод.

В первой половине прошлого зимнего сезона мне пришлось буквально заставлять себя во время тренировок не прятать ладони в рукавах или карманах постоянно, когда они начинали дубеть. Даже когда на первом этапе чемпионата Белоруссии мороз в районе 20 °С удачно совпал с сильным ветром и поземкой. Два дня мучений на тренировках с еле сгибающимися от холода пальцами — и во время первого и второго этапов получилось очень даже комфортно ловить рыбу примерно в течение 2,5 часов после старта на самые тонкие лески и самые мелкие мормышки.

Лишь под занавес тело в целом выстывало настолько, что буквально после финишного гудка окоченение становилось невыносимым настолько, что терпенья хватало только чтобы собрать снасти — и бегом в машину отогреваться. Но вот большинство соперников, по моим наблюдениям, во время самих этапов соревнований неоднократно прерывались, чтобы отогреть руки. Без предшествовавших двух тренировочных дней, когда сам себя заставлял не прятать руки в тепло до последнего, мне бы не удалось проловить 3 часа без особенных временных потерь и обморожений. Совпадение или закономерность, но выиграть то соревнование получилось.

Впрочем, мне кажется, многие рыболовы и сами неоднократно сталкивались с похожими ситуациями, когда вроде бы и рыба вполне ловится, но условия таковы, что не так-то легко и комфортно можно заниматься собственно ловлей — приходится много сил тратить на борьбу с тяжелыми и неудобными для нашего организма условиями.

Таким образом, физическая подготовка и физиологическая устойчивость организма к неблагоприятным воздействиям расширяет для нас диапазон вполне приемлемых условий внутри тех, в которых ранее мы бы мучились с начала и до конца. То есть, подготовленный рыболов может признать какие-то условия вполне удовлетворительными и даже получит удовольствие от выезда, в то время как неподготовленный измучается или попросту махнет рукой и откажется от рыбалки.

Значит, физические и физиологические кондиции рыболова в некоторых жестких условиях могут оказаться если не ключевыми факторами, повлиявшими на успех рыбалки, хотя в целом какими-то запредельными особенностями нашему организму обладать явно нет никакой необходимости.

Интеллектуальная работа рыболова-мормышечника

Если вдуматься, все или практически все составляющие нашего мастерства так или иначе связаны с той частью мышления, которую можно условно назвать «рыболовным интеллектом». Выбор и компоновка снасти перед рыбалкой и во время оной в тех или иных условиях мы делаем по итогам анализа какой-то полученной информации. А важную для успеха информацию мы опять же целенаправленно добываем по итогам очень разной и иногда весьма сложной деятельности, которую чисто автоматически осуществлять невозможно.

Из чего складывается мастерство рыболова-мормышечника

Зачастую итогом анализа собственного опыта рыбалок может стать создание или модернизация каких-то элементов снаряжения, снастей, прикормок, а также корректировка своих действий и планов как на этапе подготовки, так и непосредственно во время рыбалки. В силу того, что ловля рыбы является очень сложной и многогранной деятельностью, на которую влияет просто огромное количество просчитываемых и непредсказуемых факторов, способных значительно отразиться на итоговом улове даже поодиночке. И непрестанный сбор информации с непрерывным её анализом на всех этапах всегда и самым прямым образом сказывается на итоге каждой рыбалки.

Какую выбрать прикормку и как её лучше применять? Где и как расположить первые лунки, чтобы быстрее обнаружить рыбу на неизвестном месте? Какая снасть взять, чтобы надежнее и быстрее выяснить наличие рыбы под лункой и какую для того, чтобы натаскать за оставшееся время максимум возможного? Каких снастей не хватило на последней рыбалке или в ходе целого сезона, и какими стоит обзавестись к следующему сезону? Какое снаряжение надо приобрести или доработать, чтобы не тратить время на посторонние мелочи? Над какими собственными недостатками следует особенно поработать, чтобы впредь пореже оказываться недовольным результатами рыбалки или рыболовных соревнований? Почему вот тот человек постоянно таскает рыбу, в то время как я не могу добиться хотя бы более-менее приемлемого количества поклевок?

Не знаю, как у других, но накануне и сразу после рыбалки и соревнований мои мозги загружены этими и многими другими вопросами в поисках если не исчерпывающих, то хотя бы максимально полных ответов. И мне кажется, рыболовный интеллект, от которого в наибольшей степени зависит результативность нашего любимого занятия, это не просто сухие значения неких абстрактных функций нашего мозга, наложенные на какие-то шкалы измерений.

В не меньшей, а то и в большей степени «рыболовный интеллект», на мой взгляд, определяется степенью увлеченности человека и загруженности его мозгов непрерывным перелопачиванием огромных массивов информации, поиском ответов на всё новые и новые вопросы, выявлением причинно-следственных связей и поиском объяснений обнаруженных на рыбалке явлений и процессов, постоянным поиском всё новых и новых знаний. И тогда очень увлеченный и думающий рыболов с вполне средними по меркам нейрофизиологов характеристиками мозга окажется гораздо более «удачливым» на фоне различных гениев и уникумов, которые вроде бы и любят взять в руки рыболовную снасть, но не стремятся ради рыбалки использовать свой абстрактно могучий интеллект на полную мощь.

Подводя итоги размышлений на тему «от чего зависит улов мормышечника?» я бы выстроил по значимости разобранные составляющие нашего мастерства в такой иерархии.

На первом месте безоговорочно находится тот самый «рыболовный интеллект».

На втором — наверное, стоит снасть, т.к. она является в нашем любимом увлечении ключевым компонентом, а без снасти рыбалка превратится в совершенно иной вид деятельности.

На третьем месте явно должна находиться техника рыболова, ведь во многом её отточенность определяет не только размер улова, но и приятные эмоции.

На четвертом месте я бы расположил такие обеспечивающие наш успех составляющие, как прикормка, обмундирование, снаряжение, насадка.

А на пятое место в нашем увлечении я бы поставил физику и физиологию рыболова, хотя в некоторых ситуациях они могут выйти чуть ли не на первое место.

Примечание. Знаменитый питерский спортсмен, мастер спорта международного класса Алексей Дьяченко начал печататься в журнале с третьего выпуска (№3 – 1999). Под его редакцией вышло 29 выпусков приложения «Академия спортивного рыболовства».

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.